Корякский государственный природный заповедник


Флора

Растительный мир изучаемой территории испытывает непосредственное влияние Чукотского полуострова, Колымского нагорья, Курильских островов, а также Аляски и отличается разнообразием. Большое влияние на распределение растительного мира оказывает близость моря, направление господствующих в различные времена года ветров, распределение осадков и т.п. Трудно переоценить в формировании растительных сообществ также роль высотной поясности.

Что касается флористического своеобразия территории заповед­ника, то, судя по всему, здесь почти нет специфических видов, а флора и растительность являются типичными для региона. Флора изучаемой территории относительно бедна видами. Эта бедность видами объясняется изолированностью региона в послеледниковое время. В составе древесных пород преобладают такие виды, которым удалось сохраниться с доледникового периода. В результате ботанических исследований, проводимых  сотрудниками заповедника, видовой список, который постоянно пополняется в процессе инвентаризации флоры, насчитывает на сегодняшний день   312  видов сосудистых растений.

Наиболее богатым во флористическом отношении является семейства Астровые и Злаки, достаточно обильны видами также семейства Лютиковые, Розоцветные, Капустные, Гвоздичные, Гречишные, Вересковые, Камнеломковые. Ядро изучаемой флоры составляют обычные, часто встречающиеся виды, такие как валериана головчатая, мятлик альпигенный,  мертензия приморская, крестовник ложноарниковый, хвощ луговой, лигустикум Хультена, лук скорода и многие другие. Лишь три вида имеют статус охраняемых растений, а именно: родиола розовая, вудсия альпийская и ветреница Друммонда, при этом родиола розовая является довольно часто встречающимся растением (по скалистым берегам ручьев иногда встречается даже в массе), вудсия очень редка, а ветреница Друммонда на изучаемой территории редка исключительно (нами встречено пока единичное растение). Кроме того, есть виды, которые встречаются очень часто и почти повсеместно  – хамерион узколистный, полынь арктическая, брусника малая, береза тощая и Миддендорфа, подмаренник северный, седмичник европейский, княженика, дерен шведский, касатик щетиноносный, шикша сибирская и др.

В отдельную группу мы выделяем виды, которые довольно обычны для анализируемой флоры, но встречаются не так часто. Примером могут служить смолевка бесстебельная, кассиопея четырехгранная, сердечник маргаритколистный, кипрей очноцветолистный,  володушка трехлучевая и др. Кроме того, во флоре присутствуют растения, которые при своей обычности встречаются не в массе, а единичными экземплярами или небольшими группами – «точечными популяциями», как, например, мелколепестник низкий, дельфиниум короткошпорцевый. Единственная популяция пальчатокоренника остистого, например, обнаружена на сегодняшний день возле термального источника в лагуне Тинтикун,  хотя для  полуострова Камчатка (южнее перешейка) пальчатокоренник остистый является распространенным растением. Особого внимания требует группа  редких растений. Хотя эти растения не имеют статуса охраняемых, все же они наиболее уязвимы, а их популяции требуют тщательного изучения. На территории участка «Мыс Говена» отмечена единичная популяция синюхи северной, довольно редок лютик крошечный и лютик Эшшольца, кипрей Бонгарда. В целом же флора заповедника «Корякский», как и всех северных районов  Камчатского края, до самого последнего времени остается недостаточно изученной.

Территория, занимаемая ГПЗ «Корякский», входит в тундровую зону с переходным поясом предгольцовых кустарников и лесотундр. Пояс высокоствольных лесов здесь практически исчезает и представлен только островными каменноберезняками и ленточными пойменными лесами. Островные каменноберезняки встречаются нечасто, начинаются почти от прибрежной полосы и взбираются вверх по склонам до 500 м высоты над уровнем моря, где сменяются стланиковыми зарослями субальпийского пояса. Небольшие рощицы и одинокие березки встречаются на еще большей высоте. Все же, чаще каменноберезняки занимают самую нижнюю часть предгорий и поймы рек. Кустарниковый ярус образован березой дальневосточной, таволгой Стевена, кустарниковыми ивами, рябиной и ольхой. Очень часто встречаются каменноберезняки, почти лишенные кустарникового яруса, но с богатым травянистым покровом. Иногда травяной ярус образован сплошными зарослями папоротников. При ухудшении климатических условий с горной высотностью или преобладанием северных ветров формируются разреженные криволесья, где деревья низкорослы и угнетены, с сильно искривленными стволами. Между далеко отстоящими друг от друга березами – заросли кедрового стланика,  ольхи и жимолости.

Среди травянистого яруса появляются моховые и лишайниковые пятна. Леса на участке «Мыс Говена» представлены в основном ленточными смешанными насаждениями вдоль речных берегов, но деревья там низкорослы, и большей частью пойменная древесная растительность сформирована высокорослыми кустарниками ивы и ольхи, близ которых формируется богатая видами травянистая кустарниково-опушечная и ближе к воде луговая растительность. Настоящие же высокоствольные леса развиты по речным долинам Парапольского дола. На участке «Парапольский дол» основу древостоя пойменных лесов составляют тополь душистый и чозения (ива-кореянка). Высота деревьев достигает 25-30 м, диаметр стволов на высоте груди человека у тополя – до 150 см, у чозении  до 92 см. Нередки чистые или почти чистые участки из тополя или только из чозении. В кустарниковом ярусе участвуют ольха, ивы нескольких видов, а также красная смородина и жимолость. Ширина лесной пойменной ленты на крупных реках достигает 1,8-2 км (р. Уннэйваям), но обычно не превышает 400-600 м. Пойменные леса произрастают на галечном субстрате и поэтому отсутствуют в устьях и в самых нижних течениях  рек, которые приходятся на заболоченные участки местности.

В горах четко выражена вертикальная зональность растительности: различные типы тундр, луга, верховые болота, заросли кустарников и кустарничков, низкорослые леса преимущественно по речным долинам в лесном поясе; субальпийский пояс стланиковых кустарников и горных тундр; альпийский пояс: высокогорные тундры, альпийские луга, нивальная растительность гольцового пояса. Преобладает субальпийский пояс, который, по сути, начинается с речных террас, а у моря практически с кромки берега. Он образован, главным образом, зарослями кедрового и ольхового стлаников. В Парапольском доле кедрового стланика почти нет (за исключением наиболее высоких увалов и сопок) и более или менее значительными участками он произрастает на подступающих к долу отрогах Корякского нагорья. На полуострове Говена с удалением от моря в кедрово-ольховых зарослях начинает доминировать кедровый стланик, а у моря и близ рек ведущую роль играет ольховый. На склонах Корякского нагорья господствуют чистые массивы кедрача. Особенно сильные заросли стланиковые кустарники образуют в нижней части субальпийского пояса вблизи ручьев.

Вершины гор заняты альпийским поясом, в котором основу рас­тительности составляют горные тундры различных типов, а также ка­менистые россыпи, оголенные скалы; в хорошо увлажненных местах, где поздно тает снег, развиваются альпийские лужайки. Нижняя гра­ница альпийского пояса в районе полуострова Говена начинается уже в 150-200 м над уровнем моря, а в горах, выходящих к Парапольскому долу - не ниже 600-700 м. Горно-тундровая растительность представлена, главным образом, лишайниково-кустарниковыми ассоциациями с каменоломками, рододендронами, и другими кустарниками, кустарничками и травами, местами встречаются мохово-осоковые, злаково-осоковые и разнотравные ассоциации. В нижней части альпийского пояса среди горных тундр еще есть отдельные кусти­ки стлаников и карликовых ив. Выше растительный покров остается лишь отдельными фрагментами - куртинками среди каменистых россы­пей, и, наконец, исчезает совсем. Самые высокие вершины занимает высокогорная каменистая пустыня. В таком сильно увлажненном горном массиве, как южная часть хребта Пылгинский в границах полуострова Говена, верхняя зона альпийского пояса приходится уже на высоты 400-600 м, а местами и ниже.

Альпийские луга располагаются в альпийском высотном поясе, но их зона не сплошная, выражена слабо и часто мозаично, отдельными лужайками. Сразу же за поясом ольхового и кедрового стлаников (или в просветах между их зарослями начиная уже с высоты 200-300 м над ур. м.) на влажных и защищенных от ветров местах находятся участки ярко цветущего разнотравья. Выше они переходят в низкотравные лужайки, которые подчас располагаются среди пятен горной тундры. Эти два типа растительности иногда настолько взаимопроникают, что бывает очень трудно подметить четкую границу между ними. Мелкотравные альпийские лужайки представлены травостоем из разнотравья, осок и злаков. Из злаков преобладают трищетинник, лисохвост и овсяница. Выше, с изменением климатических условий на более суровые, место альпийских лужаек постепенно занимают горные тундры.

В целом в растительном покрове из зональной растительности преобладает тундра и лесотундра, а из азональной - болота и луга различных типов. На долю, занятой древесной и кустарниковой растительность, приходится не менее 20% всей территории заповедника. Горные пустыни и ледники занимают около 10% территории. Безлесные части пойм средних и нижних течений рек заняты густыми зарослями кустарниковых ив и ольхи высотой до 3-4 м с развитым травянистым ярусом, в котором преобладают влаголюбивые пресноводно-прибрежные виды травянистых растений, относящиеся к лесной, опушечно-кустарниковой и луговой ценотическим группам лесного пояса, а в самых верховьях горных рек и речушек их постепенно вытесняют горные виды ив, способные расти на почти незадернованных галечниках и образующие прирусловые кустарниковые заросли. Травянистый ярус там образован  субальпийским видами, в основном камнеломками, лютиками, резухой. Внепойменные части речных долин обычно заняты кочкарниковыми ерниками* - густыми низкорослыми зарослями нескольких видов ив и кустарниковыми березками высотой по 0,5-1,5 м. Такие участки со­седствуют с пятнами лугов, мохово-осоковых кочкарников с морошкой, карликовой березой, багульником. Местами развиваются влажные пушицевые кочкарники гипоарктического типа.

Тундра, как тип растительного покрова, имеет характерную отличительную черту – безлесье. Однако на территории заповедника, где она занимает обширные равнинные и горные пространства, ее взаимопроникновение с лесотундрой настолько велико, что провести четкую границу между ними невозможно. Из более северных районов тундра по горным хребтам проникает далеко на юг. Это – горные тундры: максимальный предел распространения растительности, выше которого идут горные пустыни. Из листопадных кустарничков там преобладают карликовые березки, стелющиеся формы ив, зачастую травянистого облика, брусника, голубика и гипоарктические кустарнички. Значительная часть территории заповедника занята мохово-кустарничковыми, олуговелыми, осоково-пушицевыми мелкокочкарными и бугристо-кочкарными тундрами с бугристо-мочажными болотами, соответствующими субарктической подзоне тундр. В Корякском нагорье распространены также разорванные пустынными склонами, каменистыми проплешинами и осыпями лишайниково-кустарничковые тундры, составляющие основную пастбищную базу для оленей, особенно в местах, защищенных от господствующих ветров. Основу растительного покрова таких тундр составляют лишайники, часто с участием мхов в увлажненных местах. Пятнами среди лишайников распределены заросли арктоуса альпийского, копеечника копеечникового, багульника стелющегося;  встречаются одиночные растения и группы борца, смолевки бесстебельной, полыни арктической, горца треугольноплодного, сиверсии малой, колокольчика волосистоплодного.

Отдельно можно отметить шикшовники, которые местами могут занимать обширные пространства, обычно на каменистых склонах или на водоразделах. Перемежаясь с шикшей, пятнами растут арктоус, брусника, княженика, голубика. Из травянистых растений примешиваются злаки, бобовые, горцы, смолевки; в небольших впадинках куртинки дерна шведского с добавлением седмичника европейского и мерингии бокоцветковой. Местами среди шикшевников вкрапляются небольшие группы или одиночные растения березы тощей и Миддендорфа, курильского чая кустарникового и таволги Стевена. Структура тундровых растительных сообществ усложняется там, где тундра перемежается с элементами азональной растительности: лугами, болотами, скальными участками.

Основу растительных группировок моховых болот составляет сплошной ковер сфагновых мхов, который примыкает к водной поверхности тундровых озерец и мочажин. По сфагновому мху со средним проективным покрытием 10-20% располагаются сосудистые растения. Разреженный верхний ярус, высотой 30-40 см, образован голубикой при участии таволги Стевена на более сухих участках, и осоки скрытоплодной у самой воды и на кочках в воде болотных мочажин. В нижних уровнях доминирует багульник стелющийся, заметны морошка обыкновенная, шикша сибирская, филлодоце голубая, подбел многолистный, осоки. При уменьшении степени увлажнения болота олуговевают и постепенно трансформируются в заболоченные луга, где доминируют осоки, вейники,  присутствует дендрантема арктическая. Часто небольшие болотца образуются в местах выхода грунтовых вод, а также в понижениях у берегов озер, возле эстуариев речек. Дерновинные осоки формируют в тундровых болотах бугры и кочки разного типа и размера. Такие болота называют бугристо-мочажными. В мочажинах могут расти не только околоводные, но и водные растения, такие как хвостник обыкновенный, уруть мутовчатая. Приморские болота от всех остальных типов болот отличаются сильно засоленной водой.

Особенно благоприятны условия для развития водной и околоводной растительности на пространствах, которые занимают водоемы со стоячей или медленно текущей водой, примером которых могут служить зарастающие термокарстовые озера. Изобилие подобных водоемов наблюдается в озерно-аласном ландшафте участка «Парапольский дол». Для зарастающих термокарстовых озер характерны сырые осоковые луга в сочетании с вейниковыми  заболоченными лугами и фрагментами болот. Типичное термокарстовое озеро по своим берегам имеет сплошной бордюр из калужницы сибирской, сабельника болотного, северолюбки рыжеватой, иногда водное зеркало окружено монодоминантными зарослями осоки скрытоплодной. Вейниковые луга наибольшего развития достигают на дне старых спущенных термокарстовых озер.

На берегах рек, имеющих широкую полосу галечников (часто в излучинах) можно наблюдать все стадии зарастания, от почти безжизненного субстрата с редкими куртиночками мшанок до хорошо развитого многоярусного растительного сообщества. Ближайшие к воде участки и богатые органикой мелководья стоячих водоемов занимают заросли сабельника болотного и водяной сосенки при участии калужницы сибирской, болотницы болотной, далее идет обрамление из осок, а в приподнятых местах злаков: вейников, мятликов и др. Здесь же развиваются и ивняки. Часто плотные монодоминантные заросли осоки скрытоплодной сплошь покрывают берега полососй 2-3 м и распространяются по отмелям почти до середины водоема, местами формируя группы кочек. Проективное покрытие здесь  составляет 90-100%, глубины, на которых произрастают растения, до 40 см (примером могут служить заросшие осокой берега стока из озера Атиюльгытхын у кордона на мысе Песчаный). Мелководья озер заняты ассоциацией рдеста пронзеннолистного, в толще воды обычен рдест злаковый. Таким образом, в озерной котловине, обрамленной зарослями ольхово-кедровых стлаников и каменистыми тундрами на склонах и плакорах, формируется богатый пойменный травянистый растительный комплекс.

В морской воде у побережья заповедника в зависимости от глубины и состава грунтов дна развиваются сообщества морских цветковых растений. Вдоль всего побережья на песчаных и песчано-галечных участках, на небольших глубинах часто встречаются  монодоминантные заросли взморника морского, высотой в среднем 30-40 см, но достигающие порой и 1 м. Облик приморских песчаных  галечниковых и крупнообломочных пляжей в зоне супралиторали определяют сообщества растений, широко распространенных по берегам дальневосточных морей: гонкения бутерлаковидная, крестовник псевдоарниковый, мертензия приморская,  лигустикум шотландский,  чина приморская, волоснец мохнатый. Ближе к морю на пляжах растения располагаются единично или небольшими группами, не образуя сомкнутых сообществ. Они часто замываются приливами или уничтожаются штормами. На песчаных прибойных валах растения уже смыкаются, проективное покрытие достигает 40-50%, еще далее от моря в травостое появляются арктомятлик выдающийся, осока обертковидная, осока Гмелина, горец треугольноплодный, копеечник копеечниковый, мятлики. В местах впадения в море речек формируются луговые и болотно-луговые комплексы, основу которых составляют злаки или осоки с участием денндрантемы арктической, ситников,  карликовых ив, щавля, пушицы. Травостой здесь достаточно плотный, проективное покрытие 60-70%, в нижнем ярусе часто присутствуют мхи. В зависимости от окружающей растительности сообщества морских пляжей, осыпей и береговых валов насыщаются лесными, луговыми, а также рудеральными растениями (такими как хамомилла пахучая, лапчатка прямая, горец птичий, звездчатка средняя), семена и вегетативные части с почками возобновления которых выносятся реками в море, а потом выбрасываются на побережье, где они прорастают или укореняются.

Скальные обнажения и каменистые россыпи также занимают значительные площади территории заповедника. Это обрывистые скалы и утесы морских побережий, каньоны, прорезанные в горных породах ручьями и реками, влажные замоховелые расщелины скал у водопадов и горных ключей, каменистые пустоши, обширные пространства на склонах гор, занятые осыпями, морены, дресвяные накопления у подножия гор, каменистые склоны и гольцы. На уступах скал и щебнистых грунтах существуют оригинальные, интересные и непохожие на окружающую их зональную растительность, растительные сообщества, образованные камнелюбивыми скальными растениями. Зачастую именно в состав этих сообществ входят редкие или охраняемые виды растений. Состав растительного покрова каменистых россыпей и скальных обнажений во многом определяется их местонахождением, химическим составом и степенью выветривания горных пород, крутизной склонов и типом окружающей растительности. На каменистых  россыпях, расположенных в самом верхнем гольцовом поясе гор, развиваются холодолюбивые растения ксерофильного типа, присущие горным пустыням: зубровка альпийская, овсяница  коротколистная, мятлик мягкоцветковый, лапчатка снежная, камнеломка шерлериевидная, вудсия эльбская, гвоздика ползучая, смолевка стелющаяся. Чаще всего здесь развиваются очень разреженные травостои с общим проективным покрытием не более 10-20%, где растения располагаются группами и одиночно среди камней и щебня или в трещинах на выходах скальных пород. На относительно пологих склонах гор, занятых обширными проплешинами осыпей, растительный покров максимально разрежен и часто полностью уничтожается поверхностным смывом или оползнями. Представлен он в основном редко раскиданными по всему склону одиночными растениями или куртинками дицентры бродяжной, камнеломкой снежной, сердечником маргаритколистным, горечавкой сизой, полынью арктической. По окраинам каменистых россыпей обычно располагаются растения горных тундр или злаково-разнотравные  сообщества альпийских лужаек в защищенных от доминирующих ветров местах. В средней части гор в субальпийском поясе подгольцовых кустарников значительные площади каменистых россыпей могут занимать пятна угнетенных шикшевников с брусникой малой и луазелеурией лежачей, местами доминирует рододендрон камчатский с участием полыни арктической, мятлика альпигенного, щучки северной, овсяницы коротколистной, камнеломок, лишайников. По окраинам таких россыпей обычно располагаются ольховый и кедровый стланики, таволга Стевена.

На скалах, находящихся под пологом лесной растительности и сырых осыпях близ ручьев и речек, обрывистых речных каньонах обычны папоротники, первоцвет клинолистный, ясколка беренгийская, камнеломки Нельсона и ручейная. На моховой подушке, покрывающей камни, и в замоховелых расщелинах скал встречается первоцвет северный, мелколепестник низкий, горец живородящий, лютики снеговой и крошечный, ореоптерис горный. Особый набор растений произрастает на относительно сухих скалах под пологом леса. Это дифазиаструм альпийский, линнея северная, вудсия эльбская, фегоптерис связывающий,  ветреница Ричардсона, крестовник ленский. Характерные виды растений встречаются и на скалах у моря. В тенистых местах (глубокие щели, арки, ниши) и местах с ограниченным освещением встречаются редкие и часто угнетенные папоротники, ясколка альпийская, мелколепестник низкий, горец живородящий, кисличник двустолбчатый, камнеломки. На открытых, хорошо освещенных скалах, обрывах и осыпях у подножий скал, переходящих в песчаные или каменистые пляжи, часто встречаются родиола розовая, очиток пурпурный, хамерион широколистный, дендрантема арктическая, камнеломка шерлериевидная, мелколепестник камчатский, пырейник смешиваемый, осока Гмелина. Все перечисленные виды обитают в экстремальных условиях существования, но, благодаря  наличию мощных корневищ, хорошо выдерживают даже суровый период сильных осенне-зимних штормов.

Многообразие типов растительности заповедника обусловлено разнообразием условий  климата и микроклимата изучаемой территории, степени увлажненности и питательности почв и грунтов, связанные в первую очередь с высотной поясностью и сложным рельефом горной страны. Вместе с тем это разнообразие подтверждает также  длительную и сложную историю формирования растительного покрова заповедника, который, безусловно, требует дальнейшего подробного изучения и описания.

Фауна

Млекопитающие.

По результатам наших наблюдений в периоды полевых работ, с учетом критического пересмотра литературы, опросной информации и материалов, принадлежащих Олюторскому и Пенжинскому госпромхозам (на сегодняшний день расформированы), фауна млекопитающих заповедника «Корякский»  насчитывает 44 вида, из которых 24  вида обитают здесь постоянно, 5 видов бывают нерегулярно (заходами, такие как песец, камчатский соболь, рысь) и еще 15 видов – морские млекопитающие (китообразные и ластоногие), обитающие более или менее постоянно или же изредка заходящие в морскую акваторию у берегов полуострова Говена.

Все участки заповедника относятся к Корякскому округу Беренгийской северотаежной провинции Сибирско-Европейской подобласти Голарктики (схема зоогеографического районирования Приберенгийской Субарктики по терриологическим данным (Чернявский, 1984). Действительно, облик терриофауны этого района в общем северотаежный, но значительно обедненный, прежде всего настоящими лесными видами (открыт вопрос об обитании белки-летяги на участке «Парапольский дол», лишь краем ареала заходит лось). Вместе с тем, и типично тундровые виды представлены очень слабо: по сути, единственный вид леммингов – восточный копытный – очень редок. Снежный баран представлен в фауне эндемичным для Корякского нагорья подвидом.

 Из хищных млекопитающих заповедника наиболее обычны восточносибирский бурый медведь и анадырская (камчатская) лисица. Действительно, за исключением ближайших окрестностей селений, скалистых вершин гор и снежников, медведи встречаются здесь повсюду: от морского побережья до альпийского пояса. Численность медведей довольно высока: на полуострове Говена по учетам охотоведов госпромхоза олюторский обитает 112 особей. Последние годы учет медведей не производился, но встречи с ними регулярные и частые. Следует отметить тот факт, что уменьшилось количество крупных медведей, которые, по-видимому, выбиты в результате трофейной охоты. Летом медведи держатся преимущественно в зарослях кустарников и по берегам рек и озер, где прокладывают многолетние тропы. Берлоги устраивают, главным образом, в зарослях кедрового стланика, где много подходящих ложбин и глубокий снежный покров.

 Лисица предпочитает приморские и низкогорные места обитания. По наблюдениям, именно западное побережье мыса Говена в благоприятные годы отличается особенным обилием лисиц, но ее численность значительно колеблется по годам. Хороший ход рыбы, обилие мышевидных, высокий урожай кедровых орехов могут дать существенный толчок для поднятия  численности этого вида.        

Полярный (тундровый) волк в настоящее время стал малочисленным и встречается редко, хотя до известных мероприятий по истреблению этого вида в конце 60 гг. был довольно обычным по всему Корякскому нагорью. На территории участков размножение волка не обнаружено, на полуострове Говена зимой по следам фиксируется обычно 2-3 семьи, по опросам оленеводов на участке «Парапольский дол» обитало 5-6 семей.

Что касается материкового песца, то в заповедник он попадает во время кочевок, когда значительное число зверей «спускается» из северо-восточных районов Корякского нагорья и Прианадырья приморским путем вдоль морского побережья до залива Корфа и сухопутным – до Парапольского дола.

Олюторский изолированный очаг камчатского соболя, плотность размещения которого оценивалась 2-4 особями на 1000 га (Портенко, 1963), не доходит до границ заповедника, и поэтому в заповеднике соболь бывает эпизодически и нерегулярно.

Камчатская росомаха встречается почти по всей территории Корякского нагорья. Распространена она неравномерно, ведет кочевой образ жизни и нигде не бывает многочисленна.

В Корякском нагорье существует один постоянный очаг пребывания восточносибирской (якутской) рыси в бассейне верхнего течения р. Апугваям, а в других местах, в том числе и на участках заповедника, она известна как крайне редкий забеглый зверь.

Нельзя не сказать, что в Беринговом море случаются массовые выносы арктических льдов к югу, а с ними и занос белых медведей. В такие годы медведи бывают и у берегов заповедника. В частности, мы собирали опросные сведения о появлении белых медведей в районе Говена в 1976-1977 гг. За время существования заповедника таких встреч зафиксировано не было, поэтому в видовой список млекопитающих белый медведь нами не включен.

Из мелких хищников на территории заповедника самым обычным является восточносибирский горностай. Он обитает повсюду, исключая лишь оголенные безжизненные горные вершины и склоны. Сибирская ласка встречается здесь редко, а северная речная выдра, хотя и есть на всех белее или менее значи­тельных реках, но всюду малочисленна. Ее повсеместно вытесняет интродуцированная американская норка, которая широко расселилась по региону, создав почти сплошную полосу обитания.

Парнокопытные представлены в заповеднике "Ко­рякский" корякским снежным бараном и лосем Бутурлина (колымским). Хорошо известно, что Корякское нагорье является одним из мощных очагов снежного барана на Севе­ро-Востоке Азии, а одна из местных группировок находится в грани­цах полуострова Говена. По результатам учетов охотоведов госпромхоза Олюторский, а 90-е годы, здесь обитало 70 особей, в последние годы учет этих животных не проводился. Снежный баран - житель горных вершин альпийского типа, и полуостров Говена представляет для них удобный для обитания район. Отдельные группы снежных баранов известны и на отрогах хребтов Ветвейский и Пенжинский у границ с Парапольским долом.

Лось в пределах заповедника встречается большей частью на Парапольском доле в долинах рек Куюл (самое низовье) и Уинэйваям. Сюда он заходит самым краем ареала со стороны бассейна Пенжины (р. Белая) и поэтому редок. К сожалению, известны факты отстрела лосей, про­никающих на р. Куюл, что вероятно, сдерживает рост их численности на Парапольском доле. Заходят лоси также на участок «Мыс Говена».

Время от времени появляются сведения о том, что в Корякском нагорье и на Парапольском доле  имеются тундровые северные олени. Од­нако можно считать установленным, что постоянной популяции диких северных оленей сей­час нет в этом регионе, по опросам оленеводов характерны только эпизодические заходы животных стадами по 9-12 голов. Иногда они смешиваются с домашними оленями. Ближайшая постоянная значительная по численности популяция оленей известна из бассейна Анадыря.

Из зайцеобразных в заповеднике, как и по всему Корякскому нагорью, встречается заяц-беляк (гижигинский), колымская пищуха и более редкая чукотская пищухи (последняя встречается на участке «Парапольский дол»). Оба первых  вида вполне обычны, но, если заяц распространен практически повсеместно (от морского побережья до альпийских вершин), и его особенно много по речным долинам, то пищуха населяет только каменистые осыпи в горах, хотя порой встречается и далеко от них в пойменных кус­тарниках. Численность зайцев колеблется по годам, однако здесь регулярно бывают сезоны, когда зайцы очень многочисленны (т.н. «волны жизни»).

Грызуны включают 9 видов - постоянных обитателей заповедника, а еще 2 вида (домовая мышь и се­рая крыса) завезены человеком на судах в населенные пункты и совершенно обычны для региона, но на самой территории заповедника не встречаются, поэтому и не внесены нами в видовой список. Мелкие грызуны явля­ются экологически важной группой животных, преимущественно в качестве кормовой базы для хищных млекопитающих и птиц. Их чис­ленность колеблется, бывают годы "мышиной напасти", когда особен­но высокого обилия достигает северовосточная красная полевка. Лемминги представ­лены одним видом, крайне малочисленным – восточный копытный лемминг. Присутствие других видов леммингов фактически не установлено. Территория заповедника является южным пределом распространения якутского бурундука - на полуостров Камчатка он уже не проникает. Пожалуй, самым заметным и одним из наиболее многочисленных грызунов является корякский суслик. Он распространен от морского побережья до аль­пийских вершин, не заходя только в заболоченные тундры и оголен­ные, лишенные растительности скалы. В наиболее подходящих местах плотность их поселений достигает 20-40 нор на 1 га. Камчатский черношапочный сурок распространен небольшими обособленными поселениями, два из которых издавно известны на полуострове Говена.

Мелкие насекомоядные (3  вида землероек-бурозубок) малоза­метны, лишь северная тундряная бурозубка может играть заметную роль в качестве объекта питания для хищных млекопитающих и птиц в годы высокой численности.

У побережья п-ова Говена держатся 6 видов ластоногих. Наиболее обычна практически постоянно обитающая здесь ларга: на осыхающих в отлив рифах у мыса Галинвилан собирается до 200 особей, другие крупные лежбища известны в заливе Корфа уже за пределами заповедной территории или у самой ее границы, поскольку приурочены к устьям крупных рек; в устьях мелких речушек обычно держатся одиночные особи и небольшие группы. Более светлое тело покрыто пятнами в отличии от многочисленной на изучаемой территории  кольчатой нерпы (акибы), покрытой мелкими белесыми кольцами. Многочисленным видом и объектом национального промысла является также лахтак (морской заяц). Новорожденные лахтаки, в отличии от нерп, имеют не белую, а глубокую коричневую окраску. Тюлень-крылатка, хотя и обычен, но наблюдать его можно нечасто, так как он не образует больших скоплений и обитает зимой среди льдов вдали от берега, а летом ведет пелагический образ жизни в открытых водах, крайне редко заплывая в прибрежные воды.

На мысе Говена расположено одно из крупных, но непостоянных береговых лежбищ сивучей численностью от 300 до 2,5 тыс. особей. Звери залегают здесь весной и летом. На сегодня это одно из самых крупных лежбищ на Камчатке (Бурканов, 1988). Как известно, чис­ленность сивучей в последние годы повсеместно стремительно сокра­щается.      Залив Корфа, в частности побережье Говена, является районом летнего нагула моржей. Их постоянное лежбище численностью до 1000 голов известно у мыса Галинвилан вплоть до 2000 года, оно существовало чуть более деся­ти лет с того момента, когда в середине-конце 70-х годов тихоокеанский морж после семидесятилетнего перерыва начал быстро распространяться по побережью Берингова моря. На сегодняшний день на побережье мыса Говена имеются только временные нагульные лежбища.

В заливе Корфа временами бывают каланы, вполне возможно их появление в акватории заповедника, но, поскольку такие встречи зафиксированы не были, то эти животные на сегодняшний день не внесены в видовой список.

Китообразные представлены 9 видами, из которых только косатка, белокрылая морская свинья, кашалот и тихоокеанский малый полосатик  достаточно обычны  (косатка регулярно встречается в конце лета-осенью у побережья заповедника). Тихоокеанская морская свинья, северный плавун, северный кашалот, горбатый кит, гренландский кит малочисленны, редки или очень редки. Разумеется, чаще встречаются те виды, которые обитают в зоне материкового шельфа, а те, что предпочитают открытые воды и большие глубины, хоть и могут быть обычны для своей зоны, но встречи с ними в акватории заповедника крайне  редки и случаются далеко не каждый сезон. Бывают также редкие случаи выброса китов на берег или обнаружение останков павших животных.

Таким образом, фаунистический комплекс млекопитающих находится в близком к естественному состоянии. При этом, разумеется, все виды животных, представляющих хотя бы какой-то хозяйственный интерес, испытывают пресс промысловой охоты как вне территории заповедника, так, вероятно, и на самой территории (труднодоказумые случаи браконьерства экипажей  вертолетов и морских судов в отдаленных и труднодоступных участках охраняемой территории). При всем при том, резкой деградации местных популяций промысловых видов не наблюдается (за исключением лося, практически выбитом на мысе Говена и заметно сократившем численность в Парапольском доле), колебания их численности носит периодический, естественный характер. Наибольшего внимания к себе с точки зрения охраны требуют лось, снежный баран и черношапочный сурок.

Птицы.

Авиафауна заповедника насчитывает по данным на сегодняшний день 161 вид птиц, из них 134 вида гнездится на его территории, а остальные отмечались во время миграций (зимовок, летовок, на пролете). 23 вида встречаются редко (к ним относятся большинство охраняемых видов, виды, предпочитающие открытые морские пространства, заходящие на территорию заповедника только границей ареала и т.д., например, пискулька, лебедь-кликун, беркут, темноспинный альбатрос, кулик-сорока), около 20 видов являются фоновыми (тихоокеанская чайка, моевка, шилохвость, камчатский чернозобик, овсянка-ремез). Надо иметь в виду, что фауна птиц заповедника изучена далеко недостаточно, видовой список может быть значительно дополнен, статус многих видов под вопросом.

Облик авиафауны носит как бы переходный характер: здесь еще есть южные формы, которые со стороны Камчатки постепенно исчезают к северу и уже есть некоторые северные, главным образом тундровые и лесотундровые виды, которые затем исчезают далее к югу и не проникают на полуостров Камчатку. Авиафауна заповедника типична для региона в целом. Гусеобразные насчитывают 28 видов (21 гнездящийся, остальные мигрирующие), ржанкообразные 35 (25 гнездящихся), чайковые 11 (8 гнездящихся), соколообразные 7, трясогузковые 9, чистиковые 9 видов.

 Авиафаунистические аспекты Парапольского дола и полуострова Говена различны, что объясняется разной природной обста­новкой в этих районах. Для Парапольского дола, прежде всего, харак­терны орнитологические комплексы мохово-травянистых тундр и до­линных лесов, а для гористого полуострова Говена наибольший инте­рес представляет орнитологический комплекс скалистых морских бе­регов. Характеризуя орнитологический комплекс мохово-травянистых тундр, следует в первую очередь сказать о населении птиц озерно-болотных ландшафтов. Наибольшую площадь они занимают на Парапольском доле: весь участок дола площадью 174422 га представлен этим ландшафтом. Гусеобразные этой части заповедника представлены 21 видами, из которых 15 - гнездящиеся. Их основу составляет морская чернеть (20-25% от всей численности населения), морянка (20-25%), шилохвость (10-20%), свиязь (10-15%), а общая численность уток насчитывает порядка 100-120 тыс. особей, что составляет около 60% всей численности уток Парапольского дола (Гусаков, 1988 а). Причем исследования свидетельствуют об устойчивом состоянии их популяций (Гусаков, 1988 в). Плотность размещения на гнездовании наиболее многочисленных видов составляет 11-20 пар/кв. км (Лобков, 1983). Десятки тысяч уток линяют на озерах, реках и ручьях. Су­щественно пострадала лишь местная популяция гуменников. Этот вид издавна является приоритетным объектом охоты на Параполье. В озерно-болотном ландшафте Парапольского участка заповедни­ка гнездится 14 видов куликов, наиболее многочисленные из которых (фифи, чернозобик) гнездятся с плотностью 11-20 пар/кв. км, а круглоносый плавунчик - и того больше. Орнитологический комплекс озерно-болотных ландшафтов Парапольского дола - один из богатейших на Северо-Востоке Азии.

Орнитологический комплекс пойменных лесов своеобразен тем, что включает настоящих лесных птиц, которые нигде более в регионе не встречаются вне высокоствольного леса. Долго существовало мне­ние о том, что Парапольский дол, почти лишенный лесов, представляет со­бой своеобразный барьер для распространения таежных птиц на севе­ре Камчатки и этим способствует изоляции лесных птиц полуострова и обеднению его фауны (Бианки, 1909; Аверин, 1958 и др.). Оказалось, что это не соответствует действительности. В низовьях крупных рек Параполя произрастают значительные участки тополево-чозениевых лесов, которые дают возможность гнездиться в этих местах многим типичным таежникам, таких как овсянка-ремез, чечевица, бурая пеночка, поползень, малая мухоловка и др. Их популяции как бы мозаичны, разбиты на отдельные «островки», но общая численность видов при этом довольно высока. В пойменных лесах гнездится орлан-белохвост (Красная книга России и Красная книга МСОП): в пределах заповедного участка из­вестно, по крайней мере, три гнезда. В целом же этот комплекс в границах заповедника представлен примерно 35 гнездящимися видами. Население птиц лесов не испытывает су­щественного негативного воздействия со стороны человека и нахо­дится в естественном состоянии.

Орнитологический комплекс скалистых морских берегов представлен, прежде всего, морскими колониальными птицами, образующими по побережью Говена около 30 колоний. Общая численность гнездя­щихся птиц в границах заповедника - более 12 тыс. пар. Преобладают виды, типичные для морских побережий Берингова моря. Большинство колоний недоступно или почти недоступно для посещений и не страдает от человека, однако медведи и лисы часто разоряют колонии чаек и крачек, расположенные на песчаных косах. Поблизости от птичьих базаров гнездятся сапсаны: од­но из гнезд известно в бухте Лаврова, а по скалистым склонам реч­ных долин - кречеты (Красная книга России).

О характере миграции птиц на территории запо­ведника "Корякский". В Северной Корякин важнейшие миграционные трассы птиц приходятся на морские побережья и Пенжинско-Парапольский дол вдоль по долине. Таким образом, по территории обоих участков заповедника пролегают магистральные пути пролета птиц. Прибрежной полосой Бе­рингова моря мигрируют в основном чистиковые, бакланы, чайковые, кулики и морские утки, а Парапольским долом - гуси, утки и лебе­ди. Наибольшей интенсивности пролет по Парапольскому долу дости­гает весной: но от былого массового пролета сотнями тысяч особей почти ничего не осталось. Уже в 1976 году возле оз. Таловское с 29 апреля по 19 мая было учтено лишь около 30 тыс. гусей (преобладали гуменник и белолобый) и всего около 400 лебедей-кликунов (Гераси­мов, 1977). В 1982 г. на р. Знынгваям группа охотоведов за весну учла лишь единицы гусей, пролетавших на север (Герасимов,1983). Осенний пролет проходит постепенно и не так заметно.

Итак, можно сделать вывод, что фоновые орнитологические комплексы на территории заповедника находятся преимущественно в естественном состоянии и яв­ляются типичными для региона, но население птиц Парапольского до­ла деградирует, в частности, гуси катастрофически сократились в численности, и это сокращение неуклонно продолжается.

Рыбы.   

По современным данным, в Беринговом море обитает 318 видов рыб, однако для изучаемой территории многие виды не указываются, так как они или приурочены к большим глубинам и не заходят в охранную зону, или обитают в восточной части Берингова моря. Ихтиофауна заповедника насчитывает на сегодняшний день 235 видов рыб, из числа котрых в реках и озерах заповедника известно, по крайней мере, 27 видов пресноводных, проходных и полупроходных видов рыб. Наибольшее значение в экосистемах заповедника играют лососевые рыбы, насчитывающие 9 видов, из которых кижуч, нерка, кунджа и тихоокеанский голец (северная мальма) имеют, кроме проходных, и жилые: озерные и озерно-речные формы. Подавляющее большинство видов рыб приходится на морскую ихтиофауну, где более всего богаты видами камбаловые (17 видов), бельдюговые (20), рогатковые (32), морские слизни (12), стихеевые (12), лисичковые (10).

Особым богатством пресноводной ихтио­фауны отличаются водоемы Парапольского дола: оз. Таловское и р. Куюл. Здесь - около 20 видов рыб, среди которых по численности пре­обладает щука. Парапольский дол - малонаселенная местность, реки здесь не облавливаются, и местные популяции рыб отличаются слож­ной сбалансированной естественной структурой. Наиболее крупные экземпляры щуки достигают веса 12-16 кг. Ее запасы - значительны. Камчатское отделение ТИНРО организовало специаль­ные исследования с целью оценки запасов рыбы в оз. Таловское и в р. Ичигиннываям.

Одной из важных групп пресноводных  рыб являются сиговые, представленные на Параполье пыжьяном (наиболее многочислен из си­гов), пенжинским омулем, чирком, вальком и сибирской ря­пушкой. Все сиги находят здесь юго-восточную границу ареала. Нигде более в таком составе сиги на Камчатке больше не представлены, и в этом уникальность региона. Пенжинский омуль - эндемик Север­ной Корякин и нигде, кроме бассейна Пенжины и Таловки (включая Куюл), не встречается. Из проходных лососей до оз. Таловское подни­маются кета, горбуша и нерка, но в небольшом числе, кроме того, здесь постоянно обитают кунджа и голец. В бассейне Куюла обычен камчатский хариус, встречаются гольян речной, налим, корюшки озерная и малоротая, девяти- и трехиглая колюшки, минога, бы­чок-подкаменщик.

В реках и озерах полуострова Говена основную роль играют лососевые. Наибольших запасов достигают горбуша, кета и нерка. Практически все реки этого региона являются нерестили­щами лососевых рыб. Два вида лососей – сима и камчатская семга встречается в уловах редко  и, по-вимому, достаточно случайно, так как верхняя граница их ареалов проходит южнее. Очень разнообразна и богата фауна морских рыб, обитающих в акватории у полуострова Говена (список видов ниже в таксономическом порядке, особо значимые виды (фоновые, типичные и т.д.) даются в списке с подробным описанием биологии и экологии).

 Некоторые сведения о фауне беспозвоночных ГПЗ «Корякский».

Из-за отсутствия специалистов исследования по беспозвоночным на территории заповедника никогда не проводились. По насекомым, паукообразным, планктонным пресноводным и морским беспозвоночным, населяющим территорию заповедника и прилегающую к ней акваторию Берингова моря, почти полностью отсутствуют достоверные данные.

Ракообразные.

В морской акватории, прилегающей к кластерному участку заповедника «Мыс Говена» 6-мильной зоны, широко распространены ракообразные. Видовой состав крабов и крабоидов насчитывает, например, 12 видов. Поскольку специальные исследования по изучению видового состава и численности морских беспозвоночных в целом на территории заповедника никогда не проводились, а специалистов-зоологов нет в штате заповедника, то имеется возможность привести только весьма неполный видовой список, включающий в себя самые массовые и общеизвестные виды, упуская такие обширные группы как, например, губок, актиний, мшанок, гидроидных полипов, гребневиков,  плоских и кольчатых червей, ракушковых раков, ветвистоусых, веслоногих, жаброногих, разноногих и равноногих рачков и т.д. Из крупных ракообразных в первую очередь обращают на себя внимание промысловые виды крабов.

 


Общая информация